Неточные совпадения
Мои богини! что вы? где вы?
Внемлите мой
печальный глас:
Всё те же ль вы? другие ль
девы,
Сменив, не заменили вас?
Услышу ль вновь я ваши хоры?
Узрю ли русской Терпсихоры
Душой исполненный полет?
Иль взор унылый не найдет
Знакомых лиц на сцене скучной,
И, устремив на чуждый свет
Разочарованный лорнет,
Веселья зритель равнодушный,
Безмолвно буду я зевать
И о былом воспоминать?
Блеснет заутра луч денницы
И заиграет яркий
день;
А я, быть может, я гробницы
Сойду в таинственную сень,
И память юного поэта
Поглотит медленная Лета,
Забудет мир меня; но ты
Придешь ли,
дева красоты,
Слезу пролить над ранней урной
И думать: он меня любил,
Он мне единой посвятил
Рассвет
печальный жизни бурной!..
Сердечный друг, желанный друг,
Приди, приди: я твой супруг...
Но наше северное лето,
Карикатура южных зим,
Мелькнет и нет: известно это,
Хоть мы признаться не хотим.
Уж небо осенью дышало,
Уж реже солнышко блистало,
Короче становился
день,
Лесов таинственная сень
С
печальным шумом обнажалась,
Ложился на поля туман,
Гусей крикливых караван
Тянулся к югу: приближалась
Довольно скучная пора;
Стоял ноябрь уж у двора.
Ее тревожит сновиденье.
Не зная, как его понять,
Мечтанья страшного значенье
Татьяна хочет отыскать.
Татьяна в оглавленье кратком
Находит азбучным порядком
Слова: бор, буря, ведьма, ель,
Еж, мрак, мосток, медведь, метель
И прочая. Ее сомнений
Мартын Задека не решит;
Но сон зловещий ей сулит
Печальных много приключений.
Дней несколько она потом
Всё беспокоилась о том.
Когда бы жизнь домашним кругом
Я ограничить захотел;
Когда б мне быть отцом, супругом
Приятный жребий повелел;
Когда б семейственной картиной
Пленился я хоть миг единой, —
То, верно б, кроме вас одной,
Невесты не искал иной.
Скажу без блесток мадригальных:
Нашед мой прежний идеал,
Я, верно б, вас одну избрал
В подруги
дней моих
печальных,
Всего прекрасного в залог,
И был бы счастлив… сколько мог!
Морозна ночь, всё небо ясно;
Светил небесных дивный хор
Течет так тихо, так согласно…
Татьяна на широкий двор
В открытом платьице выходит,
На месяц зеркало наводит;
Но в темном зеркале одна
Дрожит
печальная луна…
Чу… снег хрустит… прохожий;
деваК нему на цыпочках летит,
И голосок ее звучит
Нежней свирельного напева:
Как ваше имя? Смотрит он
И отвечает: Агафон.
Певец Пиров и грусти томной,
Когда б еще ты был со мной,
Я стал бы просьбою нескромной
Тебя тревожить, милый мой:
Чтоб на волшебные напевы
Переложил ты страстной
девыИноплеменные слова.
Где ты? приди: свои права
Передаю тебе с поклоном…
Но посреди
печальных скал,
Отвыкнув сердцем от похвал,
Один, под финским небосклоном,
Он бродит, и душа его
Не слышит горя моего.
Предметом став суждений шумных,
Несносно (согласитесь в том)
Между людей благоразумных
Прослыть притворным чудаком,
Или
печальным сумасбродом,
Иль сатаническим уродом,
Иль даже демоном моим.
Онегин (вновь займуся им),
Убив на поединке друга,
Дожив без цели, без трудов
До двадцати шести годов,
Томясь в бездействии досуга
Без службы, без жены, без
дел,
Ничем заняться не умел.
Вдруг получил он в самом
делеОт управителя доклад,
Что дядя при смерти в постеле
И с ним проститься был бы рад.
Прочтя
печальное посланье,
Евгений тотчас на свиданье
Стремглав по почте поскакал
И уж заранее зевал,
Приготовляясь, денег ради,
На вздохи, скуку и обман
(И тем я начал мой роман);
Но, прилетев в деревню дяди,
Его нашел уж на столе,
Как дань, готовую земле.
Но, смотришь, промелькнет утро,
день уже клонится к вечеру, а с ним клонятся к покою и утомленные силы Обломова: бури и волнения смиряются в душе, голова отрезвляется от дум, кровь медленнее пробирается по жилам. Обломов тихо, задумчиво переворачивается на спину и, устремив
печальный взгляд в окно, к небу, с грустью провожает глазами солнце, великолепно садящееся на чей-то четырехэтажный дом.
Недостало духа и не нужно было обнажаться до
дна души перед чиновником. «Я и книг не знаю», — шевельнулось в нем, но не сошло с языка и выразилось
печальным вздохом.
— Удивительное
дело, — заметила она мне однажды, — какие нынче всё песни сочиняют, отчаянные какие-то; в мое время иначе сочиняли: и
печальные песни были, а все приятно было слушать… Например...
Другая печаль ее посетила: Гаврила Гаврилович скончался, оставя ее наследницей всего имения. Но наследство не утешало ее; она
разделяла искренно горесть бедной Прасковьи Петровны, клялась никогда с нею не расставаться; обе они оставили Ненарадово, место
печальных воспоминаний, и поехали жить в ***ское поместье.
— Если он уже знал, тогда… другое
дело! А вообще я думаю, что в эти
дни,
печальные для нас, мы не должны бы подрывать в глазах рядовых авторитет офицерства…
Было досадно убедиться, что такая, в сущности, некрасивая маленькая женщина, грубо, точно дешевая кукла, раскрашенная, может заставить слушать ее насмешливо
печальную песню, ненужную, как огонь, зажженный среди ясного
дня.
Сердце его исполнено было
печальных предчувствий, он боялся уже не застать отца в живых, он воображал грустный образ жизни, ожидающий его в деревне, глушь, безлюдие, бедность и хлопоты по
делам, в коих он не знал никакого толку.
Накануне того
дня и через семь лет после того, как Эгль, собиратель песен, рассказал девочке на берегу моря сказку о корабле с Алыми Парусами, Ассоль в одно из своих еженедельных посещений игрушечной лавки вернулась домой расстроенная, с
печальным лицом.
На другой
день заревел шторм, сообщения с берегом не было, и мы простояли, помнится, трое суток в
печальном бездействии.
«В самом
деле, — продолжал он, — что такое это семейство Карамазовых, заслужившее вдруг такую
печальную известность по всей даже России?
Приехав в Москву, Нехлюдов первым
делом поехал в острожную больницу объявить Масловой
печальное известие, о том, что Сенат утвердил решение суда и что надо готовиться к отъезду в Сибирь.
Об этом обрыве осталось
печальное предание в Малиновке и во всем околотке. Там, на
дне его, среди кустов, еще при жизни отца и матери Райского, убил за неверность жену и соперника, и тут же сам зарезался, один ревнивый муж, портной из города. Самоубийцу тут и зарыли, на месте преступления.
Долго терпел народ; наконец какой-то тобольский мещанин решился довести до сведения государя о положении
дел. Боясь обыкновенного пути, он отправился на Кяхту и оттуда пробрался с караваном чаев через сибирскую границу. Он нашел случай в Царском Селе подать Александру свою просьбу, умоляя его прочесть ее. Александр был удивлен, поражен страшными вещами, прочтенными им. Он позвал мещанина и, долго говоря с ним, убедился в
печальной истине его доноса. Огорченный и несколько смущенный, он сказал ему...
Они, в раздоре между собой, в личных спорах, в
печальном самообольщении, разъедаемые необузданным самолюбием, останавливались на своих неожиданных
днях торжества и не хотели ни снять увядших венков, ни венчального наряда, несмотря на то что невеста обманула.
Губернатор Корнилов должен был назначить от себя двух чиновников при ревизии. Я был один из назначенных. Чего не пришлось мне тут прочесть! — и
печального, и смешного, и гадкого. Самые заголовки
дел поражали меня удивлением.
Странное
дело, это
печальное время осталось каким-то торжественным в моих воспоминаниях.
Середь этих уродливых и сальных, мелких и отвратительных лиц и сцен,
дел и заголовков, в этой канцелярской раме и приказной обстановке вспоминаются мне
печальные, благородные черты художника, задавленного правительством с холодной и бесчувственной жестокостью.
Последние два
дня были смутны и печальны. Гарибальди избегал говорить о своем отъезде и ничего не говорил о своем здоровье… во всех близких он встречал
печальный упрек. Дурно было у него на душе, но он молчал.
Так прошло много времени. Начали носиться слухи о близком окончании ссылки, не так уже казался далеким
день, в который я брошусь в повозку и полечу в Москву, знакомые лица мерещились, и между ними, перед ними заветные черты; но едва я отдавался этим мечтам, как мне представлялась с другой стороны повозки бледная,
печальная фигура Р., с заплаканными глазами, с взглядом, выражающим боль и упрек, и радость моя мутилась, мне становилось жаль, смертельно жаль ее.
Ребенок не привыкал и через год был столько же чужд, как в первый
день, и еще
печальнее. Сама княгиня удивлялась его «сериозности» и иной раз, видя, как она часы целые уныло сидит за маленькими пяльцами, говорила ей: «Что ты не порезвишься, не пробежишь», девочка улыбалась, краснела, благодарила, но оставалась на своем месте.
Одно существо поняло положение сироты; за ней была приставлена старушка няня, она одна просто и наивно любила ребенка. Часто вечером,
раздевая ее, она спрашивала: «Да что же это вы, моя барышня, такие
печальные?» Девочка бросалась к ней на шею и горько плакала, и старушка, заливаясь слезами и качая головой, уходила с подсвечником в руке.
Настанет год — России черный год, —
Когда царей корона упадет,
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных мертвых тел
Начнет бродить среди
печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать;
И станет глад сей бедный край терзать,
И зарево окрасит волны рек: —
В тот
день явится мощный человек,
И ты его узнаешь и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож.
Посещения гостиной Хины и клуба были
делом только
печальной необходимости, потому что любовникам больше деваться было некуда; половодовский дом представлял несравненно больше удобств, но там грозила вечная опасность из каждого угла.
Это
печальное время совпало как раз с открытием богатейших золотоносных россыпей в глубине Саянских гор, что было уже
делом Бахарева, который теперь вел
дело в компании с Приваловым.
Горное
дело на Урале создалось только благодаря безумным привилегиям и монополиям, даровым трудом миллионов людей при несправедливейшей эксплуатации чисто национальных богатств, так что в результате получается такой
печальный вывод...
Привалов не верил своим ушам, но, прочитав копию половодовского отчета, должен был убедиться в
печальной истине. Можно было только удивляться безумной смелости, с какой Половодов запустил свою лапу в чужое добро. Теперь Привалов и сам верил, что
дни Половодова окончательно сочтены; оставалось только воспользоваться этими обстоятельствами.
Между женщинами в самом
деле было несколько смуглых цыганок с лукавыми, притворно-печальными лицами, и почти все дети были цыганята.
Когда приходила Устенька, Стабровский непременно заводил речь о земстве, о школах и разных общественных
делах, и Устенька понимала, что он старается втянуть Дидю в круг этих интересов. Дидя слушала из вежливости некоторое время, а потом старалась улизнуть из комнаты под первым предлогом. Старик провожал ее
печальными глазами и грустно качал головой.
Вскоре после пожара старик Луковников привел в порядок свои
дела и пришел к
печальному открытию, что он разорен бесповоротно.
До тех пор я видел остекленевшие глаза капитана, щупал его холодный лоб и все как-то не осязал смерти, а подумал об узле — и всего меня пронизало и точно пригнуло к земле простое и
печальное сознание о невозвратимой, неизбежной погибели всех наших слов,
дел и ощущений, о гибели всего видимого мира…
На другой
день, в воскресенье, у Тамары было множество хлопот. Ею овладела твердая и непреклонная мысль похоронить покойного друга наперекор всем обстоятельствам так, как хоронят самых близких людей — по-христиански, со всем
печальным торжеством чина погребения мирских человек.
А с меня, точно по мановению какой-то благодетельной феи, в эти блаженные
дни беганья по Парижу слетели все
печальные и тревожные итоги моей Петербургской"незадачи". Сейчас же явилось гораздо более молодое самочувствие. Любознательность, прелесть новизны, обилие впечатлений — и все высшего порядка — производили небывалый душевный подъем.
Узнай, по крайней мере, звуки,
Бывало, милые тебе —
И думай, что во
дни разлуки,
В моей изменчивой судьбе,
Твоя
печальная пустыня,
Последний звук твоих речей
Одно сокровище, святыня,
Одна любовь души моей.
Я отдернула занавес; но начинающийся
день был
печальный и грустный, как угасающая бедная жизнь умирающего.
Короткая фраза упала среди наступившей тишины с какой-то грубою резкостью. Все были возмущены цинизмом Петра, но — он оказался пророком. Вскоре пришло
печальное известие: старший из сыновей умер от раны на одном из этапов, а еще через некоторое время кто-то из соперников сделал донос на самый пансион. Началось расследование, и лучшее из училищ, какое я знал в своей жизни, было закрыто. Старики ликвидировали любимое
дело и уехали из города.
Назавтра Лиза не была весь
день дома, а возвратясь уже довольно поздно, прошла прямо к Макару Ивановичу. Я было не хотел входить, чтоб не мешать им, но, вскоре заметив, что там уж и мама и Версилов, вошел. Лиза сидела подле старика и плакала на его плече, а тот, с
печальным лицом, молча гладил ее по головке.
Жил — и жизнь моя
Без этих трех блаженных
днейБыла б
печальней и мрачней
Бессильной старости твоей.
Несчастный друг! средь новых поколений
Докучный гость и лишний, и чужой,
Он вспомнит нас и
дни соединений,
Закрыв глаза дрожащею рукой…
Пускай же он с отрадой хоть
печальнойТогда сей
день за чашей проведёт,
Как ныне я, затворник ваш опальный,
Его провел без горя и забот.
И ныне здесь, в забытой сей глуши,
В обители пустынных вьюг и хлада,
Мне сладкая готовилась отрада:
Троих из вас, друзей моей души,
Здесь обнял я. Поэта дом опальный,
О Пущин мой, ты первый посетил;
Ты усладил изгнанья
день печальный,
Ты в
день его лицея превратил.
Весь этот вечер и на другой
день мать была
печальнее обыкновенного, и я, сам не зная почему, считал себя как будто в чем-то виноватым.
Наступил этот
печальный и торжественный
день.